Russian English

Жены мобилизованных не могли не появиться в российской повестке дня

Лев Шлосберг

Многие люди в России только 21 сентября 2022 года поняли, что произошло 24 февраля 2022 года. Потому что решение Владимира Путина пришло к людям домой и потребовало не просто поддержки, а личного участия в боевых действиях.

Мало кто понимал 21 сентября, что указ о мобилизации изначально подготовлен как бессрочный. Срок его действия – это срок самой военной операции. Она не завершится и в 2024 году. Эти пятьсот дней – только первые пятьсот дней. Понимание этого приходит очень медленно и трудно.

Указ готовился в полной уверенности, что ему нет никакой политической и военной альтернативы, а общество готово к бессрочному призыву. Пятьсот дней спустя эта бессрочность стала физически зримой. Она измеряется тысячами человеческих жизней. Череда прерванных жизней растёт ежедневно. Это увеличивает и неопределённость, и страх людей.

Бессрочность сама по себе, в любом контексте, противоречит психологическому складу человека, потому что всё в нашей жизни имеет свой предел. Жизнь каждого человека имеет свой срок. Бессрочность вызывает тревогу, непонимание границ происходящего, утрату чувства будущего как чего-то другого в жизни. Настоящее становится бесконечным.

Жены мобилизованных не могли не появиться в российской повестке дня, потому что в жизни каждой из них 21 сентября 2022 года не завершилось до сих пор. Их понимание справедливости не устраивает многих политически мотивированных людей, а оно между тем очень простое: мой муж ещё жив, и я хочу, чтобы он остался живым. Хватит ему. Уже очень долго.

Власти до сих пор не нашли ответ для этих женщин, потому что ответа нет и для всей страны: когда это закончится? Чем это закончится? На чём это закончится? Запрос общества на мир растёт, но не находит отклика в единственном месте, где принимаются решения. Потому что целью Владимира Путина до сих пор является военная победа. А военная победа достигается, как известно, любой ценой. Поэтому – мобилизация бессрочна.

Бессрочность любого правления приводит к бессрочности принимаемых решений. Они психологически готовятся с учётом бессрочности самой власти. А о естественном пределе властвующего человека в этой системе не принято не только говорить, но и думать. Потому что это политически очень опасная мысль. Она напоминает об очевидности пределов власти.

Общество хочет мира, но пока мало кто требует его. Поэтому узок круг жён мобилизованных. Много времени пройдёт, пока понимание неизбежности и безальтернативности решений, направленных на отказ от военного способа решения политических задач, прекращение огня и переход к переговорам станет преобладающим в обществе, в том числе по обе стороны роковой боевой черты. Очевидно, что политики, требующие таких решений, сегодня отторгаются сторонниками радикальных действий с обеих полюсов. Требование военной победы делает и 24 февраля, и 21 сентября 2022 года бесконечными днями. Не вся ещё кровь пролита, не все слёзы выплаканы.

Между тем главная победа настоящей человекоугодной власти – это сохранённые человеческие жизни. Сама возможность жить без страха. Как просто. И как далеко.

Разные исторические развилки прошла наша страна. О многих из них сейчас не только не все вспоминают, но даже далеко не все знают. Если бы в 1990 году Михаил Горбачев и Борис Ельцин проявили политическую волю и согласовали программу «500 дней» команды Станислава Шаталина и Григория Явлинского, то история большой страны пошла бы по другому пути – и в том самом 1990-м, и в 1991-м, и в 1993-м, и в 1996-м, и в 1998-м, и в 2000-м. Многие несостоявшиеся события произошли бы. А многих состоявшихся не было бы. Не было бы ни 24 февраля, ни 21 сентября 2022 года. Исторический выбор пути делается надолго и выходит за рамки своей эпохи.

Ответственность и безответственность политиков имеет свою цену. Измеряется эта цена человеческими жизнями. Всегда.

Источник

Страна: